Допинг на Олимпиадах: история и легенды


l1 Допинг на Олимпиадах: история и легенды


За последние пару лет едва ли не каждый россиянин стал «экспертом» в области спортивного допинга. Ничего удивительного — с учётом той бури страстей, которые разгорелись после зимней Олимпиады 2014 года в Сочи, разоблачений беглого химика Григория Родченкова и реакции на них мировой спортивной общественности. Кто только не высказывался по теме! При этом история развития допинга — особенно в СССР — и некоторые особенности его применения не слишком хорошо известны. «Мир фантастики» исправляет это досадное упущение.

ОНИ БЫЛИ ПЕРВЫМИ


Даже на античных олимпиадах, победители которых не получали ничего, кроме славы и оливкового венка, были нечестные атлеты. Одни при тренировках использовали отвары из хвощей для увеличения мышц, другие во время стартов употребляли хлеб с опиумным маком для преодоления боли. И это ещё не всё! Уже тогда врачи понимали, что природные гормоны повышают выносливость, — потому участникам олимпиад запрещалось поедать сырые сердца и яичники животных. Так что даже в Древней Греции существовали антидопинговые правила!

Есть две версии происхождения термина «допинг». Первая: от английского dope — давать наркотики. Вторая: от фламандского doоp — так называлась укрепляющая настойка, которую употребляли жители голландских колоний Южной Африки.



К моменту возрождения Олимпиады в конце XIX века допинг в виде стимуляторов был широко распространён среди профессиональных борцов и боксёров, его использовали во время лошадиных скачек, соревнований по бегу и велогонок.

Так, в Англии XIX века были популярны соревнования на выносливость, участники которых пробегали по сотне и более миль без сна и отдыха. Победитель одной из первых таких гонок Абрахам Вуд в 1807 году использовал лауданум — опиумную спиртовую настойку, благодаря которой мог не спать целые сутки.

В конце XIX века гонки на выносливость стали проводиться среди велосипедистов. Публика туда буквально ломилась, а чем больше зрителей — тем выше денежные призы. Потому гонщики были готовы буквально на всё, чтобы проехать максимальное расстояние. Чего они только не принимали — наркотики вроде кокаина и героина, притупляющие боль и страх, концентрированный кофеин для бодрости и бессонницы, даже яды вроде стрихнина, который в небольших дозах укрепляет мышцы.




l3 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

Артур Линтон после выигрыша тяжелейшей гонки Бордо — Париж. Спустя два месяца последствия победы его убьют


Именно профессиональный велосипедист официально считается первой жертвой допинга. В конце мая 1896 года англичанин Артур Линтон выиграл престижную гонку Бордо — Париж. С двух следующих стартов он сошёл, а 23 июля неожиданно умер в возрасте 27 лет. Современные историки спорта считают, что причиной смерти были последствия передозировки стрихнином.


l2 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

Тома Хикса буквально довели до финиша, а потом с трудом откачали, чтобы вручить золотую медаль


Первый знаменитый случай применения «олимпийского» допинга зафиксирован на Играх 1904 года в Сент-Луисе, когда англичанин Том Хикс, выступавший за США, стал чемпионом по марафонскому бегу, используя коктейль из сульфата стрихнина и коньяка Rémy Martin. Хикса зелье чуть не угробило — на половине дистанции он потерял сознание, однако тренер дал своему подопечному хлебнуть дополнительную дозу. Хикс продолжил бег, но за пару миль до конца опять рухнул, после чего получил ещё глоток и только тогда буквально добрёл до финиша, причём на последних метрах его даже поддерживали судьи. Удивительно, что чемпион вообще не умер. Несмотря на явное использование стимулятора, Хикс получил золотую медаль — ведь в те времена антидопинговых правил не существовало.


 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

Даже «летучий финн» Пааво Нурми пил гормональный коктейль


Однако использование стимуляторов всё же бросалось в глаза — так, этим грешил даже легендарный финский бегун Пааво Нурми, который пил гормональный коктейль, повышающий выносливость. Потому в 1928 году Международная ассоциация лёгкой атлетики первой из спортивных организаций признала проблему допинга, запретив его использование. Правда, никакого законодательного оружия против допинга не было, так что расчёт делался исключительно на личную порядочность спортсменов.

Справедливости ради, расчёт этот более-менее оправдывался — по крайней мере на Олимпиадах, где стартовали любители, для которых большое значение имела репутация. Всё изменили Олимпийские игры 1936 года в нацистской Германии.

ТЕВТОНСКАЯ ЯРОСТЬ

(Furor Teutonicus — латинское выражение, означающее небывалый воинственный дух. Его возникновение связано с вторжением германских племён на Апеннины, когда римляне потерпели несколько поражений)



l4 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

Открытие Олимпиады-1936 в Берлине поразило мир пышностью. И не только


Впервые в истории заполучив домашнюю Олимпиаду, немцы провели её с небывалым размахом и пышностью. Причём для нацистов Игры (а в 1936-м в Германии прошли обе Олимпиады — сначала зимняя в ГармишПартенкирхене, а затем летняя в Берлине) имели пропагандистское значение. Адольф Гитлер жаждал показать всему миру «великие достижения» нацизма и одновременно продемонстрировать превосходство «истинных арийцев». А для этого необходимы были спортивные победы — любой ценой. Так что обе Олимпиады 1936 года не только изменили олимпийское движение, придав ему более «государственный» характер, но и открыли эпоху централизованного использования допинга.

В 1935 году швейцарец Эрнест Лако и немец Адольф Бутан впервые смогли получить в чистом виде три половых гормона — эстрадиол, андростерон и тестостерон, которые имели общую структуру, названную стероидной. Учёные установили, что повышенное содержание в организме стероидных гормонов стимулирует быстрое увеличение мышечной массы и укрепляет выносливость.

Нацисты сразу же начали опыты по использованию стероидов и вскоре сумели создать инъекционный тестостерон. Именно он стал залогом феерического успеха хозяев Олимпиады — в Берлине Германия выиграла 89 медалей. И это при том, что на предыдущих ОИ-1932 у немцев было всего 20 наград!

Организованное использование допинга на общекомандном уровне для тех времён было явлением неслыханным. Ведь олимпийцы готовились к стартам самостоятельно — разве что удавалось организовать для них сбор денег через газеты. Немцы же использовали всю мощь государственного аппарата, включая услуги врачей и учёных, что и принесло им наглядный успех. Неудивительно, что у Германии нашлись последователи, — правда, это случилось не сразу.

МЫ ЗА ЦЕНОЙ НЕ ПОСТОИМ


Массовое использование допинга на соревнованиях вроде Олимпиад стало возможным из-за действий тоталитарных режимов, которые превратили «большой спорт» в средство пропаганды своей государственной политики и идеологии. Так делали германские нацисты и итальянские фашисты. Так поступали и коммунисты.

Для СССР международные спортивные состязания были поводом продемонстрировать преимущества «прогрессивного» социализма над «гнилым» капитализмом. А Олимпийские игры — полем битвы холодной войны, где для победы все средства хороши.

После разгрома Германии научные достижения нацистов — включая исследования по стероидным гормонам — попали в руки советских учёных. А ведь был ещё перветин, стимулятор на основе метамфетамина, который массово использовался в немецкой армии. Этот синтетик имитировал адреналиновый всплеск, вызывая мощный, хоть и кратковременный прилив сил.

Многие годы СССР находился вне олимпийского движения, пока в начале 1950-х Иосиф Сталин не решил, что участие в Играх поспособствует укреплению международного престижа Советского Союза. Однако для престижа нужно было не просто участие, а громкие победы, что требовало специальной подготовки.

Летняя Олимпиада 1952 года, ставшая дебютной для советских атлетов, проводилась в Хельсинки, столице Финляндии, которая находилась в особых отношениях с СССР. Сталин мог выдвигать финским властям любые условия. Так, единственный раз за историю Игр олимпийские деревни были построены по политическому признаку — «капиталистическая» в районе Кяпюля и «социалистическая» (для советских спортсменов и их ближайших союзников) в районе Отаниеми. Причём даже в «социалистической деревне» советские спортсмены жили только в период самих стартов — пару дней, проводя основную подготовку на закрытой базе под Ленинградом. Так что возможностей для любых экспериментов хватало.


l7 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

Сборная СССР в Хельсинки: «когда нас в бой пошлёт товарищ Сталин»


Итог Игр в Хельсинки для Советов был триумфальным! Первое место в командном зачёте осталось всё же за американцами (76 медалей), но СССР оказался вторым — 71 медаль. Все остальные страны были далеко позади.

А что с допингом? Очевидцев тех событий давно нет в живых, а в советские времена никто из них, находясь в здравом уме, о таких вещах публично не говорил. Есть только косвенные улики, ну и логические умозаключения.


l9 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

Нина Пономарёва и Евгений Лопатин — олимпийские чемпионы Хельсинки


В первую очередь бросается в глаза сам факт невероятного успеха советской сборной, составленной из малоизвестных спортсменов без международного опыта. Причём многие победы иначе чем фантастическими не назовёшь. Бывшая бегунья Нина Пономарёва, всего пару лет позанимавшись метанием диска, выиграла Олимпиаду. Галина Зыбина метала диск и копьё, за год до ОИ перешла в толкание ядра и сразу стала чемпионкой с мировым рекордом. Тяжёлоатлет Иван Удодов, бывший узник Бухенвальда, откуда он вышел хроническим дистрофиком, выиграл Олимпиаду с мировым рекордом, подняв аж на 15 кг больше личного достижения. Ещё один штангист, Евгений Лопатин, у которого рука плохо сгибалась из-за тяжёлого ранения, стал чемпионом и сразу после Игр закончил со спортом. Сорокалетний борец Арсен Мекокишвили уложил всех соперников, включая признанных в мире звёзд, которые были моложе его на 10–15 лет. Бывшая толкательница ядра Мария Голубничая накануне Олимпиады перешла в бег с барьерами и сразу выиграла серебряную медаль…


l6 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

Александра Чудина выделялась на фоне других спортсменок. Ещё бы, ведь «она» была Александром!


И так далее, и тому подобное — берёшь практически любого советского медалиста Хельсинки и читаешь сюжет для голливудского фильма. Нет, конечно, «мы — советские люди» и всё такое. Но когда «всего такого» слишком много, это невольно вызывает подозрение. Особенно когда узнаёшь историю Александры Чудиной, которая в Хельсинки выиграла три медали в разных легкоатлетических дисциплинах для женщин. А потом оказалось, что Александра на самом деле Александр, досрочно завершивший спортивную карьеру незадолго до введения хромосомного теста на гермафродитизм. Ну как после такого воспринимать все эти героические свершения? Хотя к самим советским атлетам претензий никаких — они ведь понятия не имели, что им там кололи врачи. К тому же запретов ни на какие препараты тогда не было.


КАК ПРИНИМАЮТ ДОПИНГ



l10 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

Без анаболических стероидов такие мышцы не накачаешь

Предположим, есть принимающий анаболики спортсмен А и его более честный конкурент Б — они готовятся к одному старту, который состоится через полгода. Честняга Б не вылезает из тренажёрного зала, изнуряя себя напряжёнными тренировками. Хитрюга А, принимая анаболики, также немало времени проводит на тренажёрах, — но мышечную массу он наращивает примерно в два раза быстрее, чем Б. Значит, за полгода А становится более сильным. Но есть нюанс: приём допинга нужно прекратить заранее, чтобы не быть пойманным. И, хотя мышцы долго остаются на достигнутом с помощью гормона уровне, без новых доз они понемногу «сдуваются», чего не происходит при естественной их накачке. Потому нужно точно рассчитать курс приёма стероидов так, чтобы
«окно» — период, когда избытка гормона в организме уже нет, а уменьшение мышечной массы ещё не началось, — приходилось на соревнование. Такое под силу только квалифицированному спортивному медику, потому успешное применение допинга — итог «командной работы».

Если последствия приёма анаболиков сказываются в будущем (у мужчин их употребление приводит к атрофии предстательной железы, отказу печени, болезням сердца; женщин стероиды делают мужеподобными), то неправильное использование других препаратов может и убить.

Взять, например, эритропоэтин. Он стимулирует созревание эритроцитов и увеличивает способность крови переносить кислород, развивая повышенную выносливость. Именно потому он так популярен среди лыжников, биатлонистов, велосипедистов, бегунов. Это натуральный гормон, присутствующий в организме каждого человека, однако в качестве допинга используется его искусственный вариант — рекомбинантный эритропоэтин (рЭПО). Увеличение числа эритроцитов при неизменном объёме крови повышает её вязкость, усиливая нагрузку на сердце, а это чревато неприятностями вплоть до смертельного исхода. Потому используют рЭПО только под строгим медицинским контролем, длительными курсами и через капельницу, одновременно принимая вспомогательные препараты, которые увеличивают объём кровяной плазмы. С учётом этого объяснения пойманных на рЭПО допингистов смотрятся как детский лепет — например, российский биатлонист Александр Логинов утверждал, что допинг попал в его организм с таблетками от простатита!


l11 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

Попавшись на рЭПО, Логинов сочинил историю про таблетки от простатита

Чтобы скрыть приём запрещённых средств, спортсмены используют маскирующие препараты, обычно мочегонные, благодаря которым допинг быстрее выводится из организма. Потому, хотя сами по себе они не дают никаких преимуществ, наличие в крови подобных средств приравнивается к допингу. Так, целой когорте известных атлетов (в том числе шестикратной олимпийской чемпионке по лыжам Любови Егоровой) стоил карьеры бромантан — созданный в России иммунопротектор, затрудняющий обнаружение анаболиков в организме.

В ОКЕАНЕ БЕЗУМИЯ



l8 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

Джон Зиглер по прозвищу Монтана Джек и его детище


Но есть и по-настоящему веские улики, пускай и с чужих слов. В октябре 1954 года в Вене проходил чемпионат мира по тяжёлой атлетике. После соревнований врач американской команды Джон Зиглер, ветеран войны, поучаствовал в «культурном обмене» с также воевавшими медиками советской сборной. После неопределённого числа рюмок russian vodka завязался откровенный профессиональный разговор на тему «что вы даёте своим мальчикам?». Так Зиглер узнал от советских коллег про лошадиные инъекции тестостерона — хоть и без подробностей. В Америке, впрочем, тестостерон тоже применяли как допинг, ещё с начала 1940-х, но только для лошадей, на скачках. Вернувшись в Штаты, Зиглер начал эксперименты с этим гормоном на людях, используя как подопытных кроликов трёх штангистов. Результаты были ошеломляющими, но имелись нежелательные побочные эффекты. Зиглер предоставил полученные данные компании Ciba Pharmaceuticals и с её помощью начал разработку синтетического вещества, которое могло бы заменить тестостерон. Как итог — в 1958 году Джону Зиглеру удалось создать метандростенолон (или дианабол), первый искусственный анаболический стероид. После этого американцы пичкали своих атлетов самыми разными анаболиками, создавая десятки новых разновидностей. Советские медики тоже не отставали, используя разработанные в братской Венгрии анаболические стероиды неробол и ретаболил и придумывая собственные методики их приёма.


l14 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

Яаан Тальтс и Василий Алексеев на двоих установили более 120 мировых рекордов, в чём им помогали венгерские анаболики


«Я назначал приём «горками», и не было ни одного случая, чтобы это не сработало. Олимпийский чемпион Яан Тальтс несколько мировых рекордов установил. Суть приёма «горкой» была не столько в анаболическом действии, сколько в повышении агрессии… Наряду с агрессией было чётко видно отсутствие страха перед снарядом. Спортсмены не «горели» на соревнованиях, не думали о возможной неудаче, а уверенно выходили на помост и крушили рекорды.»

Из интервью Сергея Сарсании, многолетнего врача сборной СССР по тяжёлой атлетике

Поначалу жертвами допинга становились профессионалы, в первую очередь велосипедисты: участники таких легендарных многодневок, как «Тур де Франс» или «Джиро д’Италия», кололи себе препараты прямо на трассе, безо всякого стеснения выбрасывая шприцы на обочины, под ноги зрителям. Внимание общественности это привлекало, только когда спортсмены умирали — иногда прямо во время гонок, как британец Томми Симпсон, перебравший с амфетаминами на «Тур де Франс» 1967 года.

На Олимпиадах же гром грянул ещё в 1960-м, на летних Играх в Риме, и тоже среди велосипедистов. Шоссейная командная велогонка проходила при большой жаре — и спортсмены стали сыпаться. Некоторые не смогли закончить соревнование, другие падали в обморок после финиша. Главная катастрофа случилась с датской командой. Сначала потерял сознание Йорген Йоргенсен — к счастью, его удалось откачать. А вот Кнуд Энмарк Йенсен, упав в обморок с велосипеда, повредил череп. Его доставили в медицинскую палатку на финише, где он и умер. Позже выяснилось, что перед гонкой 23-летний парень принял расширяющий сосуды препарат роникол. Его для профилактики головокружений употребляли все датские гонщики — Йенсену просто не повезло. Хотя через несколько лет врач, проводивший вскрытие, заявил, что в организме Йенсена было много всего намешано, включая амфетамин.

Смерть Йенсена привела к тому, что МОК в 1962 году принял решение сформировать специальную медицинскую комиссию, которая должна была тестировать спортсменов на допинг.

ОТВЕТНЫЙ УДАР


Перед борцами с допингом встало много проблем. Нужно было составить базовый список запрещённых препаратов, понять, как определить их наличие в организме, выработать порядок забора проб, их хранения и проверки. Подготовка заняла не один год — медкомиссия МОК начала работать лишь спустя шесть лет после создания, на Олимпиадах-1968 (зимней в Гренобле и летней в Мехико). Причём в Гренобле была взята всего лишь одна проба, в Мехико — три. Пробы брались «методом тыка» — точнее, по наводке информаторов. Именно поэтому, несмотря на малое число тестируемых, сразу удалось поймать нарушителя.




l12 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

Швед Лиленволл радуется бронзовой медали Олимпиады, ещё не зная, что войдёт в историю как первый разоблачённый допингист


Шведский пятиборец Ханс-Гуннар Лиленволл вошёл в историю как первый разоблачённый допингист, из-за чего его команда лишилась бронзовой медали летних Игр-1968. Лиленволл пострадал из-за небольшой доли алкоголя — по словам спортсмена, он выпил две бутылки пива, чтобы успокоить нервы. Алкоголь считался допингом в стрельбе (из лука и пулевой) из-за того, что его небольшие дозы помогают контролировать тремор — лёгкое дрожание рук. А одна из дисциплин современного пятиборья — как раз стрельба из пистолета.

Со временем проверку на допинг стали проходить уже все призёры Игр. Чёрный список существенно расширился — кроме анаболиков и стимуляторов, туда вошли многие обезболивающие и мочегонные средства, а также наркотики и психотропы (в спорте от них толку нет, запрещены они по этическим соображениям). Были также введены ограничения на употребление кофе, анестезирующих средств и бета-блокаторов.


l13 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

Министр спорта ГДР Манфред Эвальд — инициатор государственной допинг-программы

С начала 1970-х годов безоговорочным лидером в использовании допинга стала сборная ГДР. Руководство Восточной Германии считало спортивные победы способом привлечь внимание к успехам строительства социализма на немецкой земле. Проводником этой идеи был Манфред Эвальд, занимавший пост министра спорта почти 30 лет. Помогал ему главный спортивный врач ГДР доктор Манфред Хопнер, который лично курировал государственную допинг-программу. Основным препаратом, который использовали восточные немцы, был туринабол, анаболик их собственной разработки, — причём пичкать им спортсменов начинали ещё в детском возрасте. И хотя специалисты медкомиссии МОК довольно быстро научились устанавливать факт применения туринабола, на допинговые «подвиги» атлетов ГДР закрывали глаза — по политическим соображениям. В те годы любые обвинения, выдвинутые против социалистической страны, могли привести к краху олимпийского движения. Масштабы применения допинга
в ГДР стали известны только после объединения Германии. Позже основные виновники были привлечены к суду, об их деятельности вышло много книг и фильмов.

В годы холодной войны политика нередко вмешивалась в антидопинговую деятельность — так, США, СССР и их основные союзники, которые занимали в олимпийском движении ведущие позиции, были фактически неприкасаемы.

«Мой друг Ваня Абаджиев [тренер сборной Болгарии по тяжёлой атлетике] всё переживал по поводу допконтроля в Москве. Так я его заранее успокоил: «Не будет в Москве никакого допконтроля. А если и будет, то его результаты никогда не будут опубликованы. Соцстраны проводят свою Олимпиаду! Надо показать, что наш строй лучше и у нас никакого допинга нет». Так и было. Виктор Игуменов [зампред Спорткомитета СССР] встретился с ответственным за допинг представителем в МОКе, повёз его на Байкал. Поохотились они там, омуля поели. И всё! Все пробы с мочой, которые сдавали спортсмены, не проверяя, вылили в Яузу.»

Из интервью Сергея Сарсании

Отчасти из-за этих специфических моментов, отчасти потому, что полномочия медкомиссии МОК простирались лишь на Олимпиады, хотя допинговая опухоль пустила метастазы уже по всему мировому спорту, и родилась идея создать независимую организацию. Правда, понадобилось немало времени, чтобы проект был претворён в жизнь. Наконец 10 ноября 1999 года было учреждено Всемирное антидопинговое агентство (ВАДА), штаб-квартира которого находится в канадском Монреале. Все государства-члены ВАДА, вступая в его ряды, подписывают Всемирный антидопинговый кодекс, после чего должны безоговорочно выполнять его положения. Финансируется ВАДА наполовину из бюджета МОК, наполовину — взносами членов Ассоциации.


l15 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

Корнелия Эндер и Марита Кох — великие «допинговые» чемпионки из ГДР

БОЙ С ТЕНЬЮ


Создание ВАДА и его национальных структур довольно быстро принесло плоды. За всё время деятельности медкомиссии МОК допингистов из США почти не трогали, а вот в 2003 году Америка оказалась в настоящем нокауте: сразу 13 ведущих легкоатлетов попались на стероидах, которые распространяла калифорнийская лаборатория BALCO. После разоблачений своих суперзвёзд — Мэрион Джонс, Джастина Гэтлина, Джерома Янга, Тима Монтгомери и других — НОК США стал терять спонсоров, которые не хотели ассоциировать себя с поддержкой мошенников. Чтобы вернуть привлекательность для большого бизнеса, без денег которого существование американского олимпийского спорта оказалось под угрозой, функционеры были вынуждены начать настоящую войну с допингом. Именно поэтому американские атлеты сейчас редко попадаются — внутренний допинг-контроль в США суровый, начиная от школьных соревнований и кончая отборочными стартами сборной. Ловят даже суперзвёзд: так, спринтер Тайсон Гэй бесславно завершил блестящую карьеру, попавшись на национальном чемпионате 2013 года, да и не менее выдающийся пловец Райан Лохте нынешним летом схлопотал 14-месячную дисквалификацию — причём за чисто техническое нарушение. Правда, жёсткий антидопинговый контроль не касается профессиональных американских лиг — НХЛ, НБА, НФЛ и прочие не сотрудничают с ВАДА. У профи собственные антидопинговые службы, которые руководствуются очень либеральными правилами. И даже несмотря на это за последние два года более 90% всех спортсменов США, пойманных на допинге, — профессиональные мастера бейсбола и американского футбола.

Советских спортсменов тоже практически никогда не ловили, хотя употребляли они запрещённые препараты много и часто. Не повезло лишь лыжнице Галине Кулаковой, которую на Олимпиаде-1976 в Инсбруке лишили бронзовой медали за приём эфедрина.

«И в 1980 году, и в 1984-м спортсмены вёдрами употребляли химию. Решение всех кормить принималось сверху, не на уровне ЦК КПСС, но на уровне спорткомитета. Оно спускалось вниз. И если ты не ешь, то тебя могут просто из команды выкинуть. Почти все употребляли, хотя многие не хотели этого делать. И международные организации поначалу всё это тихо прикрывали…»

Из интервью штангиста Исраила Арсамакова, олимпийского чемпиона 1988 года, бывшего главы Федерации тяжёлой атлетики России

Что до России, то любимым клиентом ВАДА она стала начиная с зимней Олимпиады 2002 года, когда двух звёзд лыжного спорта Ларису Лазутину и Ольгу Данилову поймали на дарбпоэтине (аналоге рЭПО), из-за чего сборная лишилась пяти медалей. И пошлопоехало — с тех пор российские олимпийцы попадались регулярно. Апофеозом стали, конечно же, зимние Игры в Сочи (11 официально признанных допингистов!) — впрочем, ситуация вокруг этой скандальной Олимпиады неоднозначна и до сих пор вызывает вопросы.

Серия громких разоблачений последних лет привела к тому, что в России введена уголовная ответственность за допинг. Есть шанс на то, что сомнительное первенство в использовании запрещённых препаратов останется в прошлом, — конечно, если закон реально будет работать.


КАК ПРОВЕРЯЮТ НА ДОПИНГ



l16 Допинг на Олимпиадах: история и легенды

В такие пробирки спортсмен переливает свою мочу и сам плотно их завинчивает


На Олимпийских играх или любом другом крупном соревновании сразу после финиша атлеты в течение часа приглашаются допинг-офицером (сотрудником ВАДА, берущим пробы) в специальную палатку или подтрибунное помещение. Там спортсмен сам выбирает нераспечатанную упаковку с пластиковым контейнером, раздевается до белья и в присутствии допинг-офицера сдаёт пробу мочи. Затем спортсмен переливает мочу из контейнера в две одинаковые стеклянные пробирки, которые имеют один и тот же уникальный семизначный код на крышке и боковой поверхности. Отличает друг от друга пробирки только цвет наклейки — красный и синий, проба А и проба В. Наполнив ёмкости, спортсмен сам завинчивает крышки и отдаёт пробирки допинг-офицеру, который помещает их в переносной холодильник, чтобы затем доставить в стационарное хранилище. Допинг-офицер заполняет протокол, где указывает все обстоятельства сдачи пробы и её уникальный код. Спортсмен получает копию протокола. Если в пробе А обнаружат допинг, то атлет может отказаться от вскрытия пробы В, признавая нарушение, или потребовать её вскрытия, которое проводится в присутствии спортсмена или его официального представителя. Тогда атлету и понадобится код пробы — для уверенности, что речь идёт именно о его анализе. Если в пробе B не обнаружат допинга, результат пробы А аннулируется, и спортсмена оправдают.

После каждого финала пробы берут у нескольких участников — в разных видах спорта по разному (обычно у 8–12 человек). Все пробы доставляются в хранилище. Далее есть два варианта: если в стране проведения соревнования есть аккредитованная ВАДА лаборатория, то проба А проверяется на месте, если такой лаборатории нет, то проба вывозится в близлежащую страну, где она имеется. Проба А должна быть проверена в течение 24 часов с момента её сдачи. Причём сотрудники лаборатории, проверяя пробу, не знают, кому она принадлежит и о каком виде спорта идёт речь. Они имеют дело только с кодами, а не с именами.

Если проба А «чистая», то проба В отправляется в специальные хранилища ВАДА, где в замороженном виде находится для возможной перепроверки. Срок хранения проб с Олимпиад сейчас составляет 10 лет, для менее статусных соревнований — от полугода до трёх лет.

***

Борьба с допингом напоминает бой с тенью. Ведь использование фармакологии — обычная практика для современного спорта, который примерно с начала 1990-х стал частью мировой индустрии развлечений. Где шоу, там и бизнес, а значит, очень большие деньги. А чем больше денег, тем больше вероятность мошенничества.

Допинг на Олимпиадах: история и легенды, 10.0 out of 10 based on 1 rating
Найти на unnatural: Допинг на Олимпиадах история легенды

Нравится

GD Star Rating
loading...

Новые статьи:

Оставить комментарий:

Последние публикации:

Все размещенные на сайте материалы без указания первоисточника являются авторскими. Любая перепечатка информации с данного сайта должна сопровождаться ссылкой, ведущей на www.unnatural.ru.
Rambler's Top100